July 8th, 2019

Смотреть, а не скользить взглядом

День сегодня... Садилась в троллейбус, чтоб в фитнес-клуб ехать - смотрю, ковыляет сильно пожилая женщина с Паркинсоном. И за собой огромную сумку на колесах тащит. И поднять ее в салон не может. Встала, помогла втащить, посадила на сидение. Мужчины стоят. Ни у одного мускул не дернулся помочь. Высаживала ее из троллейбуса тоже я. Ни один мужик жопу от сидения не оторвал. Она еще и немая оказалась. Все кивала мне, улыбаясь. Благодарила.
Ехала обратно. Стою на остановке, смотрю мужчина сильно пожилой, вдруг оседать начинает и слепо шарит по поручням, пытаясь ухватиться за них. Пошла в его сторону, узнать, как он, не нужно ли помочь. Меня парень с девушкой, лет 25, опередили. Парень подхватил, девушка скорую вызвала. Долго вызывала. Там все вопросы задавали, что с ним, сколько лет, как зовут. Ну да, я знаю, они должны знать, какую бригаду вызвать. Но девушка-то откуда что может знать, если он практически без сознания им на руки свалился. Ну, вызвали кое как. Нужно мужчину к самейке дотащить, посадить, что ли хотя бы. Девушка, конечно высокая, плотная, парень тоже не слабак, но там килограмм 120 в расслабленном состоянии. Я понимаю, что от моих 60 толку мало будет. Говорю громко:
- Блин, мужики, здоровые, стоите, пялитесь, да помогите же уже кто нибудь! - смотрю на них по очереди.
Один в годах, лет 60, довольно цветущий на вид, единственной проблемой которого, судя по брюху, является злоупотребление пивом, глядя мне в глаза заявляет:
- Ой, не могу, мне тоже плохо!
Другой, еще более цветущий, примерно лет 40, вообще смотрит на происходящее и никак не реагирует. Мол, моя хата с краю.
Благо, два паренька, 18-20 лет, после моего призыва усовестились, подошли, и помогли. Но заметьте, только после призыва!
Усадили мужчину на скамейку. Ну, все, я уже ничем помочь не смогу: собирала рюкзак спортивный и не переложила из сумочки ни валидол, ни нитроглицерин, ни максонидин. Даже бутылку с водой забыла взять из дома. Парень с девушкой остались скорую ждать, а я поехала, все равно птица разеватая, ничем помочь не смогу!
Еду в троллейбусе, а у самой слезы и колотит. Вспомнился, недоброй памяти Ян Ларос, который самозабвенно и, видимо, проплаченно, живописал о прекрасной жизни в белорусской глубинке и об отзывчивых жителях столицы, бросившихся на помощь его дочке, разбившей коленку, и одаривших ее, в утешение, морожным. Нет, судя по парню и девушке, которые первыми к мужчине подошли, есть у нас поистине отзывчивые люди. Есть. Только не факт, что они вам встретятся, если будет нужда!
Как может человек, у которого у самого проблемы со здоровьем, пройти мимо и не помочь другому, которому откровенно плохо? Я подхожу даже если вижу, что у человека отдышка или он замедляет шаг, приостанавливается. Особенно если это пожилой человек. Я помню, как мой дед-метеор, за которым я обычно не поспевала, вдруг начинал медленнее идти, потом шарил по карманам, доставал нитроглицерин и присаживался на скамейку. Это ведь сразу видно, если СМОТРЕТЬ вокруг, а не скользить взглядом. И уж совсем не сложно подойти и спросить, не нужна ли помощь. Если она не нужна, вас поблагодарят. Если нужна - поблагодарят еще больше.
Мы с мужем не пройдем мимо лежащего на травке мужика, не убедившись, что он добровольно прилег проспаться. Даже бухого вдрызг, если тот пытается подняться, муж поднимет и доведет до скамейки. Просто потому, что нельзя проходить мимо беспомощного человека, по какой причине он бы ни стал таким.
Приехала домой на эмоциях, и, конечно же, сразу стала рассказывать об этом сыну, потому что мне страшно, что вдруг я этого не проговорю и он поступит так же, как эти мужики на остановке. Или просто не заметит, потому что будет не СМОТРЕТЬ, а равнодушно скользить взглядом по пожилой женщине с огромной сумкой, по инвалиду, который не может пробить талончик, по человеку, теряющему сознание.
Я не из фрахции Отречения (Инсургент), но я, как бы пафосно это не звучало, даже наркоманку в ломке провожу до больницы (было и такое). И очень надеюсь, что мои дети тоже не будут равнодушны к людям.
Сын, правда, разозлился на меня за то, что я начала об этом говорить, но я даже рада! Он разозлился на то, что я говорила ему о прописных истинах и на то, что я не верю, что он знает о них и поступит так, как должен поступить любой человек.